Coda письмо

Из России с любовью и военными

Во времена самоизоляции и социального дистанцирования важно сохранить рассудок. Мы с коллегами теперь проводим еще больше времени в онлайн разговорах — и стараемся обсуждать не только эпидемию. Мы завели в рабочем чате отдельный канал “stayingsane” (вроде “как остаться нормальным”) и делимся там мемами и сайтами с рецептами, хвастаемся, кто как проращивает косточки авокадо (советы приветствуются, я еще не преуспела в этом деле). Я теперь знаю, как моя коллега Кейтлин из Калифорнии печет вафли и какую зелень на подоконнике растит наш лондонский редактор Бурхан. Кажется, это время, когда рассудок можно сохранить будучи более человечными друг к другу. А теперь к новостям. 

From Russia with love

На этой неделе Россия отправила в Италию 14 военных самолетов с военными медицинскими специалистам и медицинским оборудованием.
В Министерстве обороны отчитались: в Италию доставят “мобильный комплекс анализа и диагностики, высокопроизводительные мобильные средства дезинфекции с запасом дезинфицирующих средств, специальным оборудованием для оказания квалифицированной помощи тяжелым пациентам, пострадавшим от коронавирусной инфекции”. Акция проходит под лозунгом “From Russia with Love”.
Российские федеральные каналы заостряли внимание, на том, что в Италию летели “вирусологи” и медицинские бригады. Но их группу возглавил генерал-майор, замначальника войск РХБЗ Вооруженных сил России Сергей Кикоть. 

Вместе с военными медиками в Италию полетел корреспондент “Комсомольской правды” Александр Коц, который расставил акценты по-другому: “Всего за сутки Россия перебросила в Италию беспрецедентный гуманитарный десант, который в официальных отчетах для прессы тактично назван “оперативной группой военных врачей…”. Коц пишет, что десант “буквально ошарашил итальянцев оперативностью”.

Военные самолеты приземлились в Риме, и колонны грузовиков с российскими флагами поехали дальше, через опустевшую Италию, до Бергамо: постапокалиптическое зрелище.

Коц пишет, что среди оборудования, которое привезли с собой россияне,  – “лаборатория, способная в час делать до 100 тестов на коронавирус. На Родине – еще 14 таких же. То есть, никто не оголял тылы”.

В “тылах” тем временем стало известно, что частным лабораториям в России решением главного санитарного врача Роспотребнадзора было запрещено тестировать граждан на коронавирус, чтобы сохранить монополию новосибирского “Вектора”. Только когда количество заболевших перевалило за тысячу, лабораториям дали разрешение на тестирования: с 26 марта к ним уже выстраиваются очереди. А пациенты в больницах по-прежнему ждут результатов от нескольких дней до недели.

В тот же день, когда Александр Коц и “гуманитарный десант” добрались до Бергамо, итальянская газета La Stampa выпустила текст с немного другим видением миссии российских военных, прибывших в Италию “с любовью”. Высокопоставленные источники журналиста Якопо Якобони утверждали, что 80 процентов гуманитарной помощи от России — бесполезны. А сам жест России — политический акт. 

В это время в России

Владимир Путин уверенно идет по коридору больничного комплекса в Коммунарке в желтом защитном костюме. Во вторник президент посетил главную больницу России, в которой лечат пациентов с коронавирусом. Она не единственная, просто в других картинка для телевидения не такая красивая.

Мы начали следить за происходящим внутри медицинских учреждений, которые перепрофилируют под прием пациентов с подозрением на коронавирус. Сейчас (по официальным данным) уже семь больничных корпусов в Москве готовы принимать таких пациентов, на очереди еще десять.

В пятницу, когда я писала это письмо, в прямой эфир Первого канала из Федерального центра отоларингологии, куда в скором времени тоже будут свозить короновирусных больных, вышла Вероника Скворцова, глава Федерального медико-биологического агентства.

Ведущий новостей Кирилл Клейменов проанансировал, что мир может спасти только “сенсация”, которую российские медики подготовили для нас. Скворцова объявила, что российским разработчикам “удалось создать опытные приборы, которые позволяют вентилировать до четырех пациентов одновременно, и бактерицидные фильтры для них”, ведь главная проблема в мире на данный момент — нехватка аппаратов искусственной вентиляции легких. Сенсация звучала очень вдохновляюще, если не знать, как к этим съемкам готовились в клинике.

Сотрудникам больницы велели сделать “все красиво, чтобы не было претензий, все остальное потом докупим” — поэтому в реанимацию, где проходили съемки, накануне свозили койки из операционных. Несмотря на то, что Скворцова говорила про новые приборы, на данный момент в больнице был всего один аппарат ИВЛ. Первых пациентов должны привезти в клинику уже в понедельник, но у персонала больницы есть серьезные опасения: “Мне страшно идти на работу, — сказала мне одна из сотрудниц больницы. — У нас ничего не куплено, только в трансляции все так красиво, мы не понимаем, как использовать эту новую систему. Мы, получается, идем как первооткрыватели, как мясо. Я боюсь работать с необследованными пациентами без средств защиты. 

Это смешно, что мы в Италию помощь отправляем, а у нас самих ничего нет. Мы отправляем ненужные им аппараты, которые не лицензировали в Европе, да и не нужен им такой раритет. А сами нуждаемся”. 
Я спрашиваю собеседницу: может, если люди увидят реальную ситуацию изнутри, они поостерегутся выходить на улицу, чтобы не попасть в такие больницы?

— Мне кажется, наш народ непобедим. Мои родители по-прежнему думают, что это все вселенский заговор: у них там все плохо, а у нас все есть, чтобы не заболеть. Я столько лет в профессии, но я с каждым годом жалею, что выбрала ее. И никто вам это не скажет под своим именем: мы собираемся вместе, поплачемся друг другу — и дальше идем работать.

Я снова слышала то, что мне говорили другие медики: все боятся потерять работу, у всех дети и кредиты.

Но открытость приносит свои плоды: Всеволод Шурхай, врач из Института нейрохирургии им. Бурденко, во вторник в эфире “Настоящего времени” рассказал, что врачам института не хватает масок, в помещениях не установлены ультрафиолетовые лампы, а температуру приходится мерить единственным ртутным градусником на всех. На следующий день на жалобы Шурхая отреагировали — о чем он рассказал мне. “Появились ультрафиолетовые облучатели воздуха в коридорах, а сотрудникам наконец начали раздавать маски. Пациенты чувствуют себя более защищенными в такой обстановке, это очень важно с точки зрения непрямой психологической поддержки в это сложное время.

Врачи не должны молчать о проблемных ситуациях. Если кто-то молчит, значит, кто-то умирает в результате. Нельзя прикрываясь невыносом сора из избы. Если администрация больницы и власти не знают о проблеме — как ее решать? Бояться врачу нужно не увольнения, а того, что заболеет тот, кто не должен, и умрет тот, кто не должен”.

Пока врачи молчат

…правительство уже работает над принятием еще более жестких мер для контроля за карантинщиками, вводя штрафы для тех, кто “демонстрирует редкое легкомыслие” (цитата премьер-министра Мишустина), а росгвардейцы начали патрулировать улицы Москвы, загоняя пожилых людей домой. 

Для тех кого, в России пока что ласково называют “легкомысленными”, уже появился термин, занесенный в Urban Dictionary, — covidiot.

Всю неделю я находила в российских лентах новостей иллюстрации для этого неологизма:

— Коронавирус подтвердился у 78-летнего певца Льва Лещенко, который не самоизолировался после возвращения с гастролей в США. Он посетил телешоу, а потом успел на 60-летие сестры Игоря Крутого, где было замечено много звезд эстрады (и даже пресс-секретарь Владимира Путина). “Не надо нагнетать! Паника никому не нужна. Я вообще считаю, что все это специально делается — нагнетается страх. Кто этим занимается — не могу сказать, я не политик и не финансист. Но мне кажется, что ситуация создана искусственно. И лучший способ избежать тяжелых последствий — продолжать жить так, как жили до всего этого”, — говорил Лещенко незадолго до ухудшения его состояния.

— Несмотря на то, что проспект Путина в Грозном уже начали патрулировать полицейские в поисках нарушителей режима, власти Чечни не отменили пятничный намаз в мечети “Сердце Чечни”, куда 28 марта пришли более четырехсот человек. 

“Редким легкомыслием” грешат и те, кто не мог по долгу службы не понимать серьезность ситуации:

— В Ставрополе уволена главный инфекционист края Ирина Санникова: она скрыла, что вернулась из отпуска в Испании, ходила на службу, читала лекции. Через некоторое время она почувствовала себя плохо, тест на коронавирус дал положительный результат. Следственный комитет по Ставропольскому краю уже возбудил уголовное дело против Санниковой.

— В Сыктывкаре врача, вернувшегося из-за границы, подозревают в распространении коронавируса в городской больнице. Заведующий отделением регулярно посещал планерки с коллегами и только через несколько недель ушел на больничный, позже у него подтвердился коронавирус. К 24 марта у шестерых пациентов больницы диагностировали covid-19. 26 марта одна из них скончалась от “двусторонней пневмонии”. Министр здравоохранения Коми называет информацию о вспышке коронавируса в регионе “слухами”.

— В Перми аналогичная история: главврач регионального онкодиспансера после поездки в Турцию решил не тратить время на карантины, а вернулся к работе, пришел на совещание к министру здравоохранения, где были почти все главврачи региональных больниц. Через некоторое время его госпитализировали с подозрением на коронавирус. Около 40 сотрудников, присутствовавших на совещании, ушли на карантин, работа местных больниц оказалась парализована. 

На сегодняшний день, по данным Роспотребнадзора, 20 процентов пациентов с коронавирусом заразились им внутри страны. Хотя еще неделю назад таких случаев было всего 11.

Неготовность к эпидемии, замалчивание информации и “редкое легкомыслие” уже приводят к нарушению прав человека: принудительная госпитализация, карантин в опасной близости от инфицированных, разлучение семей и высылка иностранцев из страны. На этой неделе мы написали, как можно пострадать от коронавируса, даже будучи здоровым.
Пятничные новости на Первом закончились репортажем об открытии новых станций метро в столице — и “рецептами антикороновирусного меню для тех, кто в замешательстве, что делать со всей этой гречкой” (а положительный тест на коронавирус у премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона злорадно назвали “кармой”). 

Не буду думать, что не так с моей кармой, если я была вынуждена досмотреть вечерние новости до конца. Лучше напоследок посоветую отличную инфографику, демонстрирующую распространение коронавируса — от Уханя до Европы. 
Давайте сохранять рассудок и беречь себя и своих близких.
На связи (теперь только дистанционно)
Катя
[email protected]
Katerina Fomina

Katerina Fomina is CodaRu's senior editor. Born and raised in Moscow, Russia, she worked as a special reporter for the newspaper Novaya Gazeta and has written for other media. Katerina has lived in Armenia and Georgia, but is currently based in Moscow again.

We use cookies on this website to make your browsing experience better. Accept our use of cookies, Privacy Policy and Terms of Use