Дезинформация

Альтернативная реальность: как в Туркменистане отрицают коронавирус

Туркменистан — одна из самых изолированных стран в мире. Коронавирус пришел туда еще несколько месяцев назад: людей обязывают носить маски, а больницы не справляются с количеством заболевших. Но по данным властей, в стране официально нет ни одного зараженного

Диана Серебряник родилась и выросла в Туркменистане. Муж ее сестры Юлии Гельды Кяризов был министром по лошадям при бывшем президенте страны Сапармурате Ниязове. В 2002 году Кяризова обвинили в злоупотреблении служебным положением и хищениях и отправили в тюрьму на пять лет. Его семье начали угрожать. “Жить там было невозможно, — вспоминает Диана Серебряник про Туркменистан. — Они отбирали все”.

Преследования не прекратились даже после освобождения Кяризова. В 2010 году Диана бежала в Москву. Ее сестре Юлии удалось покинуть страну только спустя пять лет — в 2015-м. Но даже в Москве их семью не оставили в покое. “Нам угрожали. Мою дочь дважды пытались похитить — когда ей было четыре и шесть месяцев, — рассказывает Диана. — Я боялась выходить с ней из дома. А однажды на меня напали с ножом”. Юлия и Диана связывают преследование их семьи с туркменскими властями.

В 2016 году семья перебралась в Европу — конкретную страну они из соображений безопасности не называют. Получив убежище, они решили помогать туркменам, оставшимся в стране, и основали “Права и свободы граждан Туркменистана” — организацию, которая занималась защитой прав. Но с марта 2020 года все внимание организации переключилось на ситуацию с коронавирусом.

Во всем мире страны начали регистрировать сотни тысяч заболевших и умерших, массово тестировать людей и вводить ограничительные меры. Но туркменское правительство не признало ни одного случая заражения коронавирусом в стране. На пандемию преемник Ниязова Гурбангулы Бердымухамедов отвечал отрицанием, сокрытием данных и дезинформацией.

“В стране катастрофическая ситуация, — говорит Диана. Люди умирают”.

Из небольшого офиса организации “Права и свободы граждан Туркменистана” команда фонда, включая трех докторов, работает круглосуточно, чтобы рассказывать о коронавирусе и мерах безопасности гражданам Туркменистана — страны, в которой, по словам правительства, вируса не существует. Кроме этого, говорит Диана, фонд готовится запустить горячую линию, чтобы успевать отвечать на запросы, которых с каждым днем становится все больше.

По словам активистов, с которыми удалось поговорить журналистке Coda Story, в указаниях власти царит полная неразбериха.

“Сначала людей штрафовали за маски, а теперь обещают штрафовать за их отсутствие. Людей это очень запутывает, но они все равно стараются соблюдать правила”, — говорит Айнабат Яйлымова из туркменской инициативы в области здравоохранения Saglyk.org. Людей, которые носят маски, перестали штрафовать всего несколько недель назад.

“В Туркменистане воздух пронизан страхом. Люди умирают от Covid-19, но официально об этом не говорят”, — объясняет Ханум Расулова, активистка правозащитной организации “Туркмения объединяйся”, которая находится в Стамбуле.

В прошлом месяце Расулова вместе с другими туркменами, живущими в Стамбуле, организовывала уличные демонстрации против реакции туркменского правительства на пандемию. Она рассказывает, что люди обращаются к ней с жалобами на голод и нищету. Экономическая ситуация в стране неуклонно ухудшается и это усугубляет кризис, — добавляет Расулова.

Но туркменские СМИ, вместо того чтобы освещать кризис здравоохранения, пишут хвалебные репортажи с национальных праздников — апрельского Дня лошади и майского Дня ковра.

О вспышках заболеваний, по симптомам напоминающих коронавирус, и пневмоний, а также о смертях сообщали только оппозиционные СМИ, находящиеся за рубежом.

К признанию коронавируса Бердымухамедов был более-менее близок только в начале пандемии, когда перед созывом мартовской встречи правительства приказал окурить общественные места растением гармала. По его мнению, это должно было защитить от ряда инфекционных заболеваний.

В апреле Всемирная организация здравоохранения решила отправить в Туркменистан своих экспертов. Их не пускали в страну вплоть до 6 июля, ссылаясь на проблемы с логистикой. По окончании визита ВОЗ опубликовала заявление о том, что в Туркменистане не зарегистрировано ни одного случая Covid-19. Но правительству все равно посоветовали соблюдать меры предосторожности — как если бы вирус в стране все же был. 16 июля ВОЗ отправила в Туркменабад самолет со средствами индивидуальной защиты.

С середины июля внутри страны закрыто железнодорожное сообщение, а также мечети, рынки и торговые центры. Ношение масок в общественных местах стало обязательным. Но официально вируса в стране по-прежнему нет, а маски, как объяснил туркменский Минздрав, нужны из-за повышенного содержания пыли в воздухе в летний период.

“Никакого общественного обсуждения не было ни в феврале, ни в марте, ни в апреле, ни даже в мае”, — говорит Яйлымова. По ее словам, отсутствие научно обоснованной информации подвергает риску физическое и психическое здоровье людей.

Руслан Мятиев, редактор интернет-издания Turkmen.news, находящегося в Нидерландах, говорит, что ему приходит все больше сообщений о росте заболеваемости пневмонией по всей стране, и все больше читателей просят дать информацию о коронавирусе.

Информации не хватает не только обывателям, но и медикам. По словам Дианы Серебряник, туркменские врачи не знают, как лечить пациентов с симптомами коронавируса.

Доктора из ее организации все время находятся на связи с медиками внутри страны, которые просят советов по лечению и уходу за такими пациентами. У врачей в Туркменистане не хватает средств индивидуальной защиты, а как пользоваться аппаратами ИВЛ, которых, по словам Дианы, очень немного, знают всего несколько человек.

“Все, что у них есть — это обычные маски. Перчатки они покупают за собственные деньги. Медики в стране заболевают, многие уже умерли”, — говорит Серебряник. Она добавляет, что сотрудники туркменской службы безопасности живут при больницах и имеют право заходить в палаты и даже в операционную когда захотят. Из-за давления властей врачи не сообщают о пациентах с респираторными заболеваниями и с пневмониями — если это основные симптомы.

“Такое давление на врачей недопустимо и абсолютно противоречит общественной безопасности”, — считает Рейчел Денбер, заместитель директора правозащитной группы Human Rights Watch по Европе и Центральной Азии.

Диана Серебряник говорит, что когда приезжали эксперты ВОЗ, туркменские власти устроили им показательное выступление: водили их только в хорошо обеспеченные больницы без пациентов с коронавирусом.

Так думает не только она: по данным Turkmen.news, наблюдатели в Туркменистане тоже считают, что иностранцам показали далеко не все.

“В заявлении ВОЗ говорится, что они не нашли ни одного пациента с коронавирусом, и это может быть правдой”, — говорит Денбер. По ее словам, даже если и были люди с положительным результатом, они могли просто не попасть в статистику. “То, что мы видим сейчас, это тщательно выстроенная альтернативная реальность — или, скорее, нереальность”, — добавляет она.

Чтобы узнать, как справляются с коронавирусом другие авторитарные режимы, подпишитесь на нашу рассылку и следите за нами в Телеграме.

Mariam Kiparoidze

Mariam Kiparoidze is an associate producer at Coda Story.

Get in touch via [email protected]