Дезинформация

Младенец по видеосвязи. Как во время пандемии рожают в России

На фоне коронавируса в России закрываются роддома и женские консультации, а будущие мамы не могут получить квалифицированную и своевременную помощь. Пандемия уравняла почти всех беременных женщин в России

Мы продолжаем рассказывать о положении женщин в России во время пандемии. Это второй текст серии.

Наш первый текст — об ограничениях доступа к абортам. В ближайшее время мы также расскажем о случаях домашнего насилия в период карантина.

Без присмотра врача

Полина пришла на прием в женскую консультацию в Краснознаменске, где она живет, в конце мая. Своего гинеколога, который вел ее беременность, женщина не видела уже три месяца. В краснознаменской женской консультации к концу мая стал принимать только один дежурный врач-гинеколог, на осмотр в которому беременные женщины стоят в очереди в тесном коридоре. Полина была в маске, многие девушки в коридоре — без. 

“Я была в очереди седьмой и ждала полтора часа, но это ещё не так долго! — рассказывает Полина. — Вымотанный дежурный врач прием ведет быстро, минут по 15 на каждую женщину. Вы добьетесь детального ведения беременности, только если вы хорошо обеспечены — а это редкость в условиях пандемии”.

Полина с детства живет в подмосковном Краснознаменске. Город маленький, но зато всё доступно и близко: поликлиника, детский сад, школы. Несмотря на то, что ребенок в семье родился всего два года назад, Полина с мужем стали опять разговаривать о пополнении — и всё произошло быстро.

Во время пандемии преимущества жизни в маленьком городе обернулись недостатками. В городе нет своего роддома — беременных обычно везут по скорой в одинцовский роддом, но в начале мая его закрыли “на профилактическую мойку”, во второй раз за последние четыре месяца. На роды или на сохранение женщин Краснознаменска стали отправлять в уже не такие доступные и близкие Наро-Фоминск или Красногорск — до них добираться больше часа. 

В конце марта женские консультации отменили плановые приемы. Дополнительная нагрузка на роддома еще больше снижает шансы беременных получить необходимую помощь. Например, лечь на сохранение по полису обязательного медицинского страхования не получится, если нет прямых показаний к госпитализации. И даже если женская консультация выпишет беременной направление, роддом — единственный на несколько населенных пунктов — может отказать без указания причин. Это и случилось с Полиной. 

“Когда выяснилось, что у меня обострился сахарный диабет, женская консультация выписала мне направление на сохранение беременности, чтобы быть под присмотром врача”, — рассказывает Полина. 

Но из роддома в Наро-Фоминске женщине прислали отказ: там оказались готовы принимать только беременных в экстренных ситуациях. Полине пришлось учиться мониторить свое состояние самостоятельно и соблюдать диету. Ей настоятельно рекомендовали ходить в женскую консультацию реже. Своего гинеколога она так и не увидела — та на больничном. Полина готовится родить через три месяца — и надеется, что к тому времени ситуация стабилизируется. 

Один роддом на город и область — это что?!”

Из-за ситуации с коронавирусом многие роддома оказались под ударом. Достаточно одного врача или пациента с выявленным Covid-19, чтобы больница закрылась на карантин — вся нагрузка ложится на другое медучреждение в соседнем районе или в соседнем городе. В апреле и мае закрывались на карантин роддома в Губкине Белгородской области, в Екатеринбурге, Санкт-Петербурге, Рязани, Нижнем Новгороде, Самаре, Пятигорске, Астрахани.

В городе Вязники Владимирской области, по информации “Альянса врачей”, отделение патологии роддома сначала перепрофилировали под отделение пульмонологии, а потом закрыли на карантин, когда у одного из пациентов подтвердили Covid-19 — беременные едут на сохранение в Ковров (66 км) и во Владимир (115 км) . Когда коронавирус подтвердился у медсестры в Урюпинском роддоме, беременных направили рожать в город Михайловку (151 км) и в Волгоград (334 км). Самый недавний случай закрытия роддома — в Красноярске. 

Но и это не главная беда. Другая часть родильный домов рискует быть закрытой под предлогом перепрофилирования под больных коронавирусом. Среди роддомов и перинатальных центров выбирают для перепрофилирования те, что лучше всего оснащены.

В Саратове врачи создали петицию, чтобы отстоять свой перинатальный центр, в котором в 2019 году приняли 2,8 тысяч родов — больше остальных роддомов в городе. В центре было отделение реанимации и второго этапа выхаживания для новорожденных с экстремально низкой массой тела (менее 1000 грамм) — ежегодно врачи помогали 300 таким младенцам. Тем не менее, региональный Минздрав заявил, что на фоне общего снижения рождаемости в регионе перинатальный центр и так планировали закрывать, потому что другие роддома “недозагружены”. После этого заявления врачи стали массово увольняться из центра. 

Как пандемия повлияла и будет влиять на ситуацию в государственных роддомах можно проследить на примере Рязани. На протяжении всего мая в городе из-за пандемии работал только один роддом из трех. Перинатальный центр, оснащенный для преждевременных родов и реабилитации недоношенных детей, 30 апреля перепрофилировали для лечения пациентов с Covid-19. Роддом №2 закрыли на карантин, когда коронавирус нашли у трех сотрудников. 

Накануне закрытия центр опубликовал на своем сайте тест на шевеление плода “Считай до 10”: в течение дня нужно фиксировать каждое шевеление в животе, их должно быть не менее 10, а если ребенок не дает о себе знать 12 часов — это экстренный случай.

Утром 7 мая, на следующий день после того, как роддом №1 остался единственным на всю область, перед ним образовалась очередь: женщины, приехавшие рожать, не поместились в приемном покое — перед входом поставили стулья. Беременные, которым не хватило мест, несколько часов простояли под палящим солнцем. Экстренных пациенток принимали без очереди, а тех, кто приехал в роддом заранее, по направлению женской консультации, попросили ждать схваток дома. 

Палаты тоже пришлось переоснащать: из двухместных вынесли тумбочки, чтобы вместить ещё одну кровать, а трехместные стали шестиместными. Стоило заплакать одному младенцу — начинали кричать все остальные. 

Когда в городе остался всего один роддом, его сотрудники перешли на авральный режим. Старшие медсестры носились по коридорам с тяжелыми тележками с медикаментами. Женщин выписывали через 48 часов, если не возникло осложнений, чтобы они освободили место для следующих рожениц. Кому-то приходилось после родов лежать в коридоре, потому что все палаты были заняты. 

Женщины и их мужья писали возмущенные комментарии под постами губернатора Рязанской области Николая Любимова, даже под его постом о смерти ветерана Великой отечественной войны можно увидеть сообщения: “Один роддом на город и область — это что?!”, “Если в сутки 25 родов, то кто их принимает? Врачи там живут, да?!”.

Минздрав незамедлительно опроверг комментарии: заявив в интервью местному СМИ, что в роддоме “скученности нет”. По официальной информации, штат больницы расширили, а бригаду из Перинатального центра вызывают сопровождать сложные роды. 

Жительница Рязани Александра Раева собиралась рожать в роддоме №2, который закрылся на карантин. За день до родов Александра решила, что она не готова ложиться в рязанский переполненный роддом.

“Мне было страшно, что врачи не будут ко мне внимательны”, — говорит женщина.

Накануне родов она обзванивала роддома в Московской области, где ее могли бы принять по ОМС и где поток беременных меньше.

В обед 11 мая Александра с мужем приехали в роддом города Луховицы в 60 километрах от Рязани. Александра успела вовремя — схватки оказались безболезненными, и в момент когда они доехала, женщина уже рожала. Вечером в тот же день на свет появился ее сын. 

Никого бы не забыть, никого бы не перепутать”

Страх Александры был обоснован. Сотрудницы рязанского роддома №1 весь месяц выбивались из сил. За сутки вместо привычных 5-10 рожениц приходилось принимать до 28 родов. Персонал усилили за счет студентов и дополнительных дежурств персонала. Несмотря на заверения Минздрава о том, что пришлют дополнительных сотрудников из других роддомов, сами врачи их не увидели. 

“Раньше после рабочего дня я могла легко вспомнить, кто и с какими диагнозами рожал, — рассказала сотрудница роддома №1, которая попросила об анонимности: за разглашение информации медперсонал могут уволить. — Теперь я прихожу домой и докладываю сводки с фронта. На смене все мысли только об одном: никого бы не забыть, никого бы не перепутать”.

По ее словам, справиться с нагрузкой физически невозможно, если продолжать работать по трудовому кодексу. Поэтому акушерки и санитарки работали сутки через двое, хотя до этого работали в два раза меньше, а врачи и заведующие отделениями остались без выходных. 

Когда роддом №1 начал принимать беременных со всей области, 71-летняя сотрудница попросилась на больничный из-за того, что её дочь госпитализировали с пневмонией, но руководство отказало ей. Женщина оказалась бабушкой известного в городе блогера Анатолия Тверитнева. Он опубликовал пост о рязанской системе здравоохранения и упомянул, что его папа и бабушка продолжают ходить на работу даже после госпитализации мамы с подозрением на Covid-19.

Только после этого поста сотруднице роддома разрешили временно не выходить на работу.

“Бабушка очень переживает, сегодня вот звонил ей, она теперь боится, что “неудобно вышло”, что я ее подставил и она должна была сама отпуска добиться, видимо”, — рассказал Тверитнев.

Сотрудникам роддома №1 обещали заплатить за дополнительные смены, но по прошествии месяца этого еще не произошло. 

“К нам относятся как к пустому месту, несмотря на то, что многие из нас по-настоящему любят свою работу и этот роддом, — рассказала одна из сотрудниц. — На Новый год мы получили премию, которой очень обрадовались, а в январе ровно такую же сумму у нас вычли из зарплаты, представляете? У средних медработников оклад — 8-10 тысяч рублей, а у младшего персонала — 5-7 тысяч рублей”.

По словам сотрудницы, сейчас она вспоминает недели работы на износ с гордостью. “Мне очень радостно, что мы всё это выдержали. Да, обидно, что нас бросили одних справляться со всеми беременными области, обидно, что этого даже никто не заметил, о нашей ситуации не написали в новостях. Всё внимание приковано к больницам с “красными зонами”, но и нам было не сладко. Мы на работе смеемся, что теперь по нам плачет психбольница. Лично у меня начались проблемы с давлением и сном”.

Роды в ванной 

Когда объявили режим самоизоляции, Ирина Свирская была уже на восьмом месяце беременности. Она стояла на учете в одной из московских женских консультаций, которая была совмещена с поликлиникой. Каждый день Ирина слышала всё больше новостей об опасности коронавируса, а в больнице не спешили даже сделать разные входы для пациентов с температурой и без.

“На поздних сроках посещать консультацию нужно очень часто и сдавать большое количество анализов, — говорит Ирина. — Иногда я ходила туда по три раза в неделю. Последние несколько недель на входе начали измерять температуру, но на этом все. Люди в раздевалке и лифте так же толпились, очереди к врачу и на анализы были прежними”. 

Ирина заметила, что постоянно нервничает из-за страха заразиться, и решила отказаться не только от посещения женской консультации, но и от и родов в роддоме.

Когда УЗИ показало, что ребенок здоров, Ирина с мужем уехали из Москвы в Кострому, где живут родители — и начали готовиться к домашним родам. 

“Мы с мужем читали литературу, я делала упражнения и консультировалась о специалистами, — рассказывает Ирина. — Мы думали о том, чтобы пригласить акушерку на роды, но ближайшая акушерка была в 70 километрах от нас, в Ярославле. Поэтому были готовы сами все делать. И, как оказалось, не зря. Роды были стремительными, и даже моя подруга в 15 минутах езды от нас не успела. Когда она приехала помогать, мы уже родили малышку в ванной”.

Риск осложнений во время родов есть даже если беременность протекала хорошо и все анализы были в норме, поэтому роды в домашних условиях подвергают опасности здоровье женщины и ребенка. Точной статистики летальных исходов во время домашних родов нет. Но, по словам гинеколога-эндокринолога Ольги Шевелевой, смертность детей, появившихся на свет дома, превышает смертность при родах в медицинском учреждении примерно в 4-8 раз. 

“Повышенная изоляция и комфорт”

Седьмого мая Алина Шильжявичюте родила девочку. Алина заплатила за роды 117 тысяч рублей — она заключила контракт с московским Центром планирования семьи и репродукции на Севастопольском проспекте в Москве. Это “чистый” роддом. Всем беременным перед госпитализацией делают тест на коронавирус, результаты которого становятся известны в тот же день.

Все женщины — даже те, кто рожает по ОМС — лежат в одноместных палатах и не пересекаются друг с другом. В каждой комнате висят дезинфекторы для рук, врачи принимают роды строго в средствах индивидуальной защиты. Во время родов Алина была в маске, которую разрешили снять уже только во время потугов. 

В ЦПСиР родились все трое детей Алины — она целенаправленно шла заключать контракт с врачом, которую знает давно и которой доверяет. Однако за три недели до родов её планы чуть не разрушились. 13 апреля объявили о перепрофилировании центра для борьбы с коронавирусом. Уже через несколько дней на сайте change.org появилась петиция против этого, которую подписали более 12 тысячи человек. Беременные также стали писать и звонить в Департамент здравоохранения Москвы и просить, чтобы центр не закрывали. 

“Когда я узнала, что ЦПСиР хотят закрыть под коронавирус, я начала паниковать, запасного варианта у меня не было”, — рассказывает Алина.

“В Москве с роддомами произошел коллапс. Когда Клинический госпиталь “Лапино” закрылся для работы с пациентками с Сovid-19, в ПМЦ (ред. — клинический госпиталь, принадлежащий той же компании — MD Group) сразу подняли цены — там было уже невозможно заключить контракты дешевле 250 тысяч. В Кулакова создали “красную зону”, один из корпусов тоже перепрофилировали под Covid. Платные роддома получили дополнительную нагрузку”, — объясняет Алина.

В “Лапино” этой весной появился контракт “Повышенная изоляция и комфорт”. По условиям контракта, роды проводятся в Обсервационном отделении у пациенток с признаками ОРВИ и повышенной температурой, а также у тех, кто контактировал с родственниками или знакомыми с подтвержденным диагнозом Covid-19. Минимальный тариф контракта — 500 400 рублей, максимальный — 651 000 рублей. 

Пока ЦПСиР готовил палаты для приема пациентов с Covid-19 и внебольничной пневмонией, отделение платных услуг срочно переехало вместе со своими аппаратами УЗИ, телевизорами и консультантами по грудному вскармливанию в свой филиал — роддом №3. Там они успели принять пять родов у женщин, которые заключили контракт с ЦПСиР до новости о его закрытии. 

В понедельник, 20 апреля, в роддом позвонили из мэрии и сказали, что коек для для пациентов с коронавирусом пока хватает, а роддомов такого уровня больше нет. ЦПСиР попросили вернуться к своей работе в среду. Из роддома № 3 обратно перевезли всё оборудование, и уже во вторник центр был готов снова принимать беременных. 

В день открытия на странице ЦПСиР ВКонтакте появилось сообщение от руководства больницы: “Как вы знаете, обстоятельства изменились и наш центр возобновил свою работу в обычном режиме. Спешим Вас заверить, что наш центр НЕ ПРИНИМАЛ пациентов с “COVID-19” и “Внебольничной пневмонией”. 

Хотя ЦПСиР и оставили в резерве, его могут перепрофилировать под лечение пациентов с Covid-19 в любой момент. По словам сотрудника отделения платных услуг, все условия для этого подготовили за неделю, во время которой центр прекращал прием. “Мы не знаем, сколько еще сможем проработать в обычном режиме, но рады этой возможности”, — говорит он. 

“В любой ситуации жертвуют женщинами и детьми”

“Я, конечно, нашла время рожать, — написала в своем телеграм-канале Залина Маршенкулова, журналистка и одна из самых ярких представительниц фем-движения в России. — Мой роддом перепрофилировали на борьбу с вирусом. Как и многие другие больницы во многих городах приспособили под вирус, а рожайте вы там как-нибудь сами”.

Залина планировала беременность заранее.

“Я дожила до 33 лет, чтобы позволить себе заняться личной жизнью и родить ребенка”, — говорит Залина.

Она подписала контракт с больницей №15 им. Филатова и заплатила 90 тысяч рублей за ведение беременности, чтобы не тратить время в очередях и продолжать полноценно работать. В конце марта больницу перепрофилировали, а врач, у которой шесть месяцев наблюдалась Маршенкулова по контракту, стала работать только с пациентками с подтвержденной коронавирусной инфекцией.

“Она всё мне объясняла, спокойно со мной общалась, — рассказывает Залина. — У нее трое детей, она любит свое дело — что называется “врач от бога”. Такое впечатление, что я к маме приходила на прием, а не к врачу. Но больше я к ней не попаду, так как она контактирует с зараженными пациентками”.

Контракт Маршенкуловой на ведение беременности продлили в другой больнице, которая нравится Залине гораздо меньше. Новая врач, по ее словам, оказалась “равнодушной и немного грубоватой”, а контракт теперь выполняет разве что функцию защиты от откровенно неуважительного отношения со стороны врача, которая не позволит себе хамить “платным” пациенткам.

“Забавно, что государству очень нужны дети, но этого не видно: роддома быстро перепрофилировали под Covid-19, — говорит Залина. — В любой ситуации жертвуют именно женщинами и детьми. Получается, что дороже всего мы платим за элементарное человеческое отношение и чувство спокойствия — чтобы убедиться, что акушерка старой закалки к тебе не отнесется как к говну и не скажет: “Быстрее, встала, легла”.

Залине накануне родов придется выбирать другую клинику и врача и, вероятно, снова платить. “Женщины, которые продолжают работать и не имеют много свободного времени, вынуждены вести беременность и рожать платно, хотя по ОМС тебе сделают те же скрининги и анализы”, — говорит Маршенкулова. 

В ответ на пост в телеграм-канале Залине Мершенкуловой написали около 30 женщин — многие из них тоже столкнулись с закрытием роддомов и вынуждены на последних сроках искать новое место для родов. “Были мамочки, которые мне написали, что из-за нехилых пертурбаций приняли решение рожать от балды — просто позвонить в скорую и наблюдать, куда привезут”, — рассказывает Залина. 

Женщины, рожающие бесплатно, остаются в неизвестности вплоть до начала схваток. По ОМС их отвезут туда, где будут места. Из-за дополнительной нагрузки на роддома, которые не перепрофилировали под Covid-19, женщина не может рассчитать, какой врач выйдет на дежурство и на какой час его дежурства придутся ее роды. 

Но и женщины, рожающие платно, рискуют оказаться без тщательно спланированного заранее сценария родов, комфортных и безопасных. Или доплачивают за них сверху. Беременных женщин уравняла пандемия. 

Пока акушерки и врачи не допускают откровенных ошибок, а просто выглядят измученными, у пациенток нет оснований для официальной жалобы, объясняет медицинский юрист центра «Насилию.нет» Анна Крюкова.

“Если же роды пройдут с осложнениями, если беременная пострадает или ребенок родится мертвым, то сложно будет доказать вину регионального Минздрава. Может быть, на дежурство в этот день поступил выспавшийся доктор, но плохо знающий свое дело. Объективно можно сказать только если установить все обстоятельства. Если же выяснится, что проблема произошла действительно из-за нехватки медперсонала, к сожалению, больнице будет сложно загладить свою вину обстоятельствами — ответственность ляжет и на главврача”. 

В “красной зоне”

29 апреля, за неделю до назначенного кесарева, у мужа Елены Ноготковой поднялась температура до 39 градусов. Весь апрель семья строго соблюдала режим самоизоляции — выходили из дома только в ближайший магазин и в аптеку. На второй день после того, как муж заболел, Елена позвонила своему врачу.

Елена планировала рожать в московском Перинатальном центре им. Кулакова — он рядом с домом и имеет хорошую репутацию. За врача, который будет делать кесарево, за реаниматолога и четыре дня в одноместной палате Елена заплатила 200 тысяч рублей. 

“Был страх, что роды в Кулакова теперь вообще могут сорваться. Но мне врач сказал, что я буду рожать в красной зоне”.

У Елены симптомов вируса не было. Пока муж лечился дома, она переехала к своим родителям и постоянно носила в квартире маску. Через несколько дней мужа госпитализировали, потому что домашнее лечение ему не помогало, а Елену положили в “красную зону” Перинатального центра им. Кулакова, где ей предстояло находиться пока результаты тестов не подтвердят, что она здорова. 

“После родов ребенка сразу же положили в прозрачный кювез, и он был рядом, пока врачи завершали операцию, — рассказывает Елена. — Потом малыша увезли, и ещё две недели я находилась в “красной зоне”, а он — в чистой, этажом ниже. Контактировать с ребенком запрещено, но каждый вечер мамочки по одной могли прийти к компьютеру в ординаторской и посмотреть на своего младенца по видеосвязи — врач из чистой зоны рассказывал, что ребенок сегодня кушал, как он себя чувствует”. 

Так как у Елены не было симптомов Сovid-19, ей не назначали специального лечения. Две недели она общалась с соседкой по палате, читала книги, смотрела кино и ждала, пока два теста подряд будут отрицательными. Всего за это время ей сделали 10 тестов на коронавирус — результаты “скакали”: после отрицательного теста снова приходил положительный.

“19 дней в двухместной палате, из которой можно выходить только раз в день на видеосвязь с ребенком. Несколько раз я даже плакала от морального усталости, хотя все было под контролем: болезнь протекала бессимптомно, ребенок был здоров”.

Чтобы сохранить лактацию, Елена несколько раз в день сцеживала молоко, а потом просто выбрасывала его. Ее сына первые недели жизни кормили смесью.

Впервые Елена взяла на руки своего ребенка только через 14 дней после родов. К тому моменту, как она наконец получила два отрицательных теста подряд, мужа уже выписали из больницы — и он сам встречал жену с ребенком.

Исследование ученых из Медицинской школы Ноттингемского университета показало, что Covid-19 редко передается от беременной женщины к ребенку. У большинства младенцев, у которых тест на коронавирус был все же положительным, болезнь протекала бессимптомно. По словам гендиректора ВОЗ Тедрос Аданом Гебрейесус, в материнском молоке отсутствуют патогенные частицы коронавируса, которые могут заразить ребёнка. 

Тем не менее тесный контакт младенца и мамы, болеющей Covid-19, небезопасен (как и контакт с медперсоналом в роддоме), поэтому рекомендуется сохранять дистанцию и надевать маску во время кормления. Несмотря на положительную статистику, за последние два месяца в России несколько младенцев родились с коронавирусом — в Саратовской области, Северной Осетии и Москве. 

Союз педиатров России приводит информацию The Journal of Pediatrics. Проанализировав 177 пациентов, наблюдавшихся в Вашингтонском Национальном детском госпитале, авторы пришли к выводу о том, что самые маленькие (младенцы первого года жизни) и самые взрослые (старше 15 лет) госпитализируются c коронавирусом чаще других. Именно эти две возрастные группы составили 64% (по 32% каждая) всех госпитализированных детей. 

Дополнительная нагрузка на медицинские учреждения снижает качество оказанной помощи беременным и младенцам. Несмотря на то, что регионы России постепенно выходят из режима самоизоляции, за последние две недели на карантин закрылись роддома в Красноярске, Перми, Саратове, Ессентуках, Иркутске и Троицке. 

Если эта история кажется вам важной, подпишитесь на нашу регулярную рассылку инфодемии — дезинформации вокруг новостей о коронавирусе.И следите за нами в Телеграме.